интервью
"Выгоднее быть там, куда тебя поставил Господь"
Кирилл Белоусов
Мы пообщались о медиа среде, журналистике и русском христианстве с Кириллом Белоусовым, основателем проекта "Христианская Россия" и прихожанином храма Непорочного Зачатия Девы Марии в Челябинске.
ДРОБЬ: Привет. Название "Христианская Россия" - довольно громкое, не «Дробь» совсем. Что за ним стоит?

Кирилл Белоусов: Привет. Начну издалека - этот проект был основан как сообщество прихожан православных храмов Уральского федерального округа. Однако подобный стартап, призванный объединить неравнодушных к приходской жизни людей, оказался невостребованным ни у целевой аудитории, ни у потенциальных авторов.
Проект "Прихожане" просуществовал еще некоторое время, превратившись в новостной агрегатор, которых и без моего участия функционирует немало.
Немудрено, что я задумался о том, что моему духовному развитию и профессиональному становлению (а ведь я журналист) будет способствовать несколько иной проект.
Через несколько месяцев у меня возникла идея - создать площадку для свободного обмена мнениями христиан из различных исповеданий: проповедников, публицистов, активных участников дискуссий и простых читателей.

Сегодня "Христианская Россия" — это открытый христианский форум. Конечно, во многом он остается блогом нескольких авторов: Юрия Эльберта, Юрия Беспечанского и твоего покорного слуги.
Но у него есть неоспоримое преимущество: сетевое издание с небольшой аудиторией всегда будут слушать и слышать. Это как будто ты общаешься с человеком лицом к лицу.

Для меня важно слышать обычных людей — популярным церковным спикерам есть, где высказаться. У вышеназванных ресурсов я не вижу потенциала для того, чтобы в них были интегрированы форумы, подобные нашему сообществу ВКонтакте. Я считаю, что у него есть большой потенциал (дискуссии, интернет-конференции, координация единомышленников — например, библейского движения).

ДРОБЬ: А христианская ли Россия?

Кирилл Белоусов: Мою позицию можно описать следующими словами: Россия крещена, но не просвещена.

В когда-то православной стране большинство религиозной молодежи (по крайне мере, в больших городах) составляют протестанты. Абсолютное большинство крещеных ни разу в жизни не причащалось. Тем не менее, наш культурный бэкграунд остается по своему существу христианским.

Подобные тенденции в истории России и других европейских стран не являются новыми. Корни этого явления стоит искать в XIX веке, когда ни одна из традиционных христианских церквей не могла найти свой ответ на вызовы времени. Определенные надежды в свое время (и небезосновательно) в России связывали с Собором 1917-1918 гг., на котором не только было восстановлено патриаршество, но и был принят приходской устав, который мог бы возродить соборность, присущую Апостольскому Христианству.

В остальном мире была следующая ситуация: Католическая Церковь ответила на вызовы времени только в 1962-1965 гг. - на II-ом Ватиканском Соборе. И это ответ был услышан в России значительно позже - уже при жизни нашего с тобой поколения. Надеюсь, что ситуация с годами будет улучшаться... Несмотря на то, что к современной молодежи трудно найти подход - ведь несколько поколений ее предков выросли вне церковной ограды. Но не надо пенять на одну молодежь, что она такая-сякая. Ведь мы сами превратили наши приходы в гетто - и это утверждение касается христиан всех деноминаций.

ДРОБЬ: Можешь прояснить, Что значит "вне церковной ограды". Неужели проблема только в этом?

Кирилл Белоусов: Проблема состоит также и в том, что в России нет признанных в молодежной среде миссионеров. Отчасти когда-то таковым был отец Андрей Кураев, но он давным-давно ушел с головой в публицистику и критические расследования о деятельности иерархов Московской Патриархии. Приснопамятный священник Даниил Сысоев, уважаемый отец Олег Стеняев и рок-игумен Сергий Рыбко также не работали на широкую аудиторию.

Думаю, что с этим никто не будет спорить. Ведь отец Даниил всегда был фундаменталистом и тем самым он ограничивал аудиторию, с которой он мог взаимодействовать. Отец Олег работал и работает строго на иностранную аудиторию (или на людей интересующихся библеистикой, ну и немножко на воцерковленных пользователей интернета, которые любят тяжеловесные лекции). Об отце Сергии я мало что могу сказать, ведь я не часть рок-тусовки и даже не байкер.

Ну, имена каких еще отечественных миссионеров просятся на язык? Из католических проповедников я могу выделить только францисканца Дариуша Харасимовича. Но я уверен, что о нем не слышал никто из непосвященных.
ДРОБЬ: Ты очень сочно говоришь о каком-то мифическом потенциале своего портала: дискуссии, конференции, координация единомышленников. А зачем? Есть ли на это все спрос? Я бы понял, если бы говорил о миссионерстве. Но то, что ты перечисляешь больше похоже не работу по углублению веры. Или я не прав?

Кирилл Белоусов: Есть ли спрос на дискуссии? Конечно, есть! Неужели ты так редко бываешь в христианских сообществах ВК и на ФБ, что спрашиваешь? Да и у каждого более или менее известного спикера (от любой христианской конфессии) есть своя аудитория - и немаленькая. В этом можно убедиться, забежав на странички библеиста Андрея Десницкого, протоиерея Феодора Людоговского, католического священника Кирилла Горбунова.

Ну и ЖЖ отца Андрея Кураева отлично сохранился — в отличие от его форума. Вспомни также и дебаты православных и католиков, которые устраивали миссионеры из «Атриума». Не менее интересен их фильм «Реформация-500. Друзьям протестантам».

Да что там о них!.. Даже когда я работал на православном молодежном портале Челябинской области, то мы могли провести библейский семинар или религиозно-историческую конференцию силами духовенства одного прихода или силами городского студенческого клуба, число участников которого никогда не превышало тридцати человек. Актива было еще меньше.

После моего перехода в Католичество мне стало очевидным, что такие же проекты можно осуществлять и на наших приходах.

А еще раньше у нас работал православный киноклуб, с работы которого брала пример вся епархия. Его основал мой друг Николай Карачев, выпускник Патриаршего Центра духовного развития молодежи. Функционировал он в небольшом городке под названием Миасс. Стоит отметить, что у него был большой миссионерский потенциал. Мы работали с молодежью, а затем члены клуба переключились на организацию досуга для подростков.

Конечно же, развитию катехизаторского и миссионерского потенциала подобных организаций может способствовать христианский портал. И я был бы очень рад, если бы практическая направленность Christrussia.ru развилась бы до большего уровня, чем у православного портала ПМД74, на котором я когда-то работал.
В рамках моего проекта для желающих открывается поле для взаимодействия активных представителей светской молодежи и ребят, которые принадлежат к традиционным христианским деноминациям. Мы всегда открыты новым предложениям.

Конечно, в чем-то ты прав. Наша работа связана, в основном, с углублением христианской веры, с поиском ответа на различные критические вопросы. Но, как я и сказал выше, у нее может быть и миссионерское измерение.
Пока во многом все это, скорее, мечты, чем реальность. К примеру, мы взяли паузу в собраниях межконфессионального молодежного клуба. Временно не ведем и веб-проект по совместному изучению Четвероевангелия. Люди взрослеют, уходят в свои семьи, но я верю, что обязательно придут соратники, а потом и наша смена.

ДРОБЬ: Что лучше: христианский миссионером идти в секулярные СМИ и там пытается доносить Слово или создавать свои христианские медиа, в которых всегда по сути нет ничего. кроме религиозной повестки? Что выгоднее с точки зрения «ловли человеков»?

Кирилл Белоусов: Когда я был абитуриентом и студентом журфака ЧелГУ, то я верил в то, что свидетельство мирян о Христе будет востребовано в современной медиасреде. Однако, тогда я не мог найти общего языка со светской аудиторией. Во многом потому, что я кичился теми небольшими познаниями о церковно-общественной и литургической жизни, которые я получил из православных книг и различных занятий. Неофитство, что уж тут говорить… К сожалению, многие верующие журналисты никогда не выходят из этого состояния. И даже на своем достаточно еще коротком жизненном пути я встречал таких людей.

У меня есть глубокое убеждение в том, что и христианские медиапроекты таким людям не по плечу. Но где найти других? Не всякому журналисту дана христианская вера. Не всякому верующему даны профессиональные навыки в области публицистики и пиара. Большинство журналистов остаются на начальном уровне веры, а взаимодействие с объективной реальностью секулярного и антиклерикально настроенного общества заставляет их страдать. Поэтому они не могут сказать миру ничего нового. Таким и я сам был когда-то. До сих пор рецидивы случаются.

Редким исключением был покойный редактор портала «Православие и мир» Анатолий Данилов. Сегодня мало кто является исключением — разве что Дмитрий Соколов-Митрич и Дарья Косинцева. Впрочем, может быть, я кого-то не знаю…

Что выгоднее с точки зрения «ловли человеков»? Наверное, каждому свое. Кто-то не может выдержать определенных рамок, которых ставит любая официальная церковь. Кто-то не может сработаться с инакомыслящими в светском коллективе. Выгоднее быть там, куда тебя поставил Господь. Мне вот лучше быть самому по себе, хотя здоровая критика старших церковных товарищей и духовенства никогда не помешает.

ДРОБЬ: Как журналист, какие темы сегодня ты считаешь главными, определяющим, важными? О чем бы ты хотел говорить больше и чаще?

Кирилл Белоусов: В первую очередь, для меня важна проповедь Господа нашего Иисуса Христа, которая так сильна в своем всеобъединяющем и всепокрывающем евангельском потенциале. Те публицисты, которые с этим справляются, внушают мне самое большое уважение. Ведь к словам Сына Божьего и его апостолов сложно что-либо добавить. Хотелось бы когда-нибудь подняться до уровня этой темы.

За этим следует рассказ о сущности, бытии и миссии Вселенской Церкви, которую основал наш Спаситель. В современном мире очень сложно отыскать ее, ведь чтобы поверить в ее реальность нужно чистое сердце.

Среди прочих определяющих христианский дискурс тем можно выделить популярное богословие, но в эту тему мало кто по-настоящему вникает. Скорее, стоит вкраплять истины веры и толкования догматов в другие наши материалы - по мере возможности.

Для меня также важно умение подавать актуальные новости, не впадая в крайности. Ведь при неумелой подаче даже в новости и статьи с актуальным информационным поводом могут проникнуть слащавые поучения, могут зазвучать фанфары официоза. А можно погнаться за сенсациями и задеть чьи-либо чувства, включая своих единоверцев. Наверное, все мы этим грешны.

А среди текущих инфоповодов можно выделить темы церковного единства, соотношение принципов соборности и епископского единоначалия. Как правило, мы говорим о них в контексте последних украинских и внутрироссийских событий.

ДРОБЬ: Ты говоришь, что Россия крещена, но не просвещена. Тысячи лет не хватило? Сколько ещё нужно?

Кирилл Белоусов: Бог даровал России период детской святости, золотой век Святой Руси. Тогда люди обретали свою веру сердцем, воспринимали ее в своей семье, через слушание Священного Писания в храме.

Но по прошествии нескольких столетий с момента Крещения Руси церковнославянский язык становился им все менее понятным, а Библия была в то время далеко не в каждом доме. Словом, свои вызовы были в каждой эпохе. В патриарший период дореволюционной истории народ был непросвещенным, многие жили обрядоверием.

В синодальный период существования Русской Церкви произошло массовое распространение русского перевода Священного Писания и начала массового обучения духовенства в семинариях ситуация немного выправилась. Но тогдашнее потомственное священство уже не обладало таким уровнем горения веры, какого от них требовал Спаситель и их ближние. Прискорбно, но в клир тогда шли зачастую не по призванию, а потому что тогда было так принято, потому что это было твое сословие… Проторенная дорожка в жизни. Овцы без настоящих пастырей начали разбегаться: в безверие, в раскол, в различные секты. Многие просто становились агностиками, хотя и слова такого еще не знали.

В конечном счете, духовный кризис рубежа XIX-XX века, казенное православие привели страну к революции и безбожию. Была разрушена Церковь, разрушена сама христианская семья. Поэтому и тысячи лет мало. В мире действует не только Бог, но и диавол. А часто последнему не нужно действовать - в виду людского равнодушия. Эта борьба за человеческие души продлится до скончания века. А Церковь спасающихся всегда останется малым стадом, как и сказано в Библии.
Made on
Tilda