В поисках Сына
репортаж из паломничества во Владимир
П Р Е Д И С Л О В И Е
28 июля состоялось паломничество во Владимир. Его организовал приход Нижнего Новгорода. Но редактор Дроби и еще четверо москвичей решили самоорганизоваться и присоединились к паломничеству.
Я как всегда оказался на вокзале за час до отправления. Ненавижу опаздывать или делать все впритык. Стою, курю. Жду Марту и Аню, которые едут на том же поезде. Но логистика Курского меня смущает... В итоге, именно я едва не опаздываю. Девушки уже давно у вагонов, когда подлетаю немного запыхавшийся я. У них - 4-й вагон, у меня 8-й.
7:25 утра. Тронулись.
Между мной и окном - чудом не вымерший панк. Я ем легкий завтрак (привет жене). Проезжаем Петушки (привет Ерофееву). Молиться не получается. Постоянно отваливающийся интернет жрет проценты на телефоне. А книгу я не взял, потому что рюкзак и так был забит "легким" завтраком (привет жене).
Пытаюсь поразмышлять о том, во что должна превратиться Дробь. И должна ли? Потом пытаюсь подумать о том, зачем вообще еду. Вариантов много, но все разбегаются от меня в глубины еще не проснувшегося до конца сознания.

Владимир внезапно вползает в прямоугольники окон сначала разваливающимися деревянными домиками, а потом - почти сразу - вокзалом. Только что было просто зелено. И вот - зелень с камнем. Город!

Жара! На выходе нас ждет не о. Георгий, а инструкции в телефоне. Едем до Золотых ворот на такси. Пока таксист говорит с женой по телефону (что-то очень нужно ему в Пятерочке) я размышляю о том, окажутся ли похожи владимирские Золотые ворота на мои родные - киевские. Ответ - нет, не похожи. Общего у них только то, что и то и другое - ворота.
Жара неумолимая! Мы встречаемся с нижегородской группой, которая уже взмокла от подъема на холм, у подножия которого нам с Аней и Мартой отсидеться не удается - о. Георгий пригласительно машет сверху, - "Сюда"!
Спускаемся и все дружно идем к водонапорной башне - там музей. Отмечаю, что само слово "водонапорная" звучит приятно из-за содержащегося в ней "водо-". Паломничество начинается внезапно, незаметно. Может быть, оно реально началось еще в поезде, а я не заметил?
Почти вся нижегородская группа - молодежь и/или "новокатолики" (только что присоединившиеся, или готовящиеся). Красивые, улыбчивые, открытые. Я чувствую себя среди них снобом.
Зачем я сюда приехал? Чего я ищу?
Свято-Георгиевский храм. Центр экуменизма! Так его называет отец Георгий. Здесь, по его словам, большая и живая молодежная община. И тут его, католического священника, впервые ввели прямо в алтарь во время богослужения.
Далее - Успенский Собор. По пути проходим довольно тоскливый (на мой вкус) памятник Владимиру, у подножия которого разверзлось праздничное богослужение.
Ненадолго заглядываем внутрь собора - там роспись Рублева и Христос в папской тиаре!
Десять минут на поиски потерявшегося паломника (единственного несовершеннолетнего), короткий воспитательный момент от о. Георгия, и пора на мессу.
Нас встречает пустой храм. Рядом стоял почти такой же, но лютеранский. Советское время его не пощадило. Два одинаковых по архитектуре строения - это же странно, правда? Лютеранский стоял прямо на дороге - ему не повезло. Католический - в глубине, поэтому и сохранился. На самом деле это, конечно, часовня. Чисто, красиво, уютно.

Приходит и сам настоятель. Он продолжает тему экуменизма. Крест написан православным священником, иконы - православным монахом, алтарь, амвон и все скульптуры выполнены православным скульптором.
Мессу служит отец Георгий. Проповедь - о новом храме для Нижнего Новгорода. Короткое напоминание о том, что храм это не не камни в стене, но камни живые.
Мне кажется немного странным тот факт, что нас не встретила местная община. Стены мы увидели, а вот живых камней - нет.

В храм заглядывает группа православных паломников в платочках. Тут же выходят обратно. Я курю рядом и слышу, как одна женщина говорит другой, - "Да они там все просто посмотреть зашли". То что это католический храм, и платочки не нужны, она так и не догадалась.
Время вкусного обеда. Столовая, куда ведет нас отец Георгий, закрыта. Садимся рядом в итальянском кафе. В меню на каждой странице - надпись, предупреждающая, что все блюда готовятся до 40 минут. Делать нечего, ждем. Трапеза проходит за приятной, отвлеченной беседой. А я даже успеваю чуть-чуть подзарядить телефон. Появляется стойкое ощущение, что мы "торопимся успеть", а, значит, я рискую что-то упустить. Вот только что?

После обеда - Свято-Богородице-Рождественнский монастырь. Здесь живет митрополит. А еще в этом монастыре в советское время находилось сначала НКВД, потом КГБ. И даже расстрельная стена имеется, у которой мы помолились.
Вот она:
Едем к Покрова на Нерли.
Переходим мост после Свято-Боголюбского монастыря и дальше - пешочком через поле. В тишине. В молитве и размышлениях. Кто-то читает розарий.
Я иду и молюсь о своей семье, о паломниках из Нижнего Новгорода и за одного православного семинариста, который внезапно написал мне на прошлой неделе.
Поле вокруг жужжит насекомыми и сверкает в солнечных лучах. Где-то вдалеке медленно парят большие птицы, чей вид угадать я не способен.
Внутри храма - тишина и влага. Голые каменные стены. Нет росписей, нет миллиона икон. Красота.

Что я упускаю? Чего мне тут надо-то?
Возвращаемся в город. Посещаем на минутку Дмитровский Собор, где еще сохранились росписи 900-летнего возраста, с которых, видимо, и срисовывал позже Рублев.
Собираемся кучкой у лестницы, ведущей на вокзал, и прощаемся. Последняя совместная молитва и все.
Мой поезд только в 22:17. Я один. Покупаю себе книжку на обратный путь - "Погребенного великана" Исигуро. Сажусь в кофейне, жду, заряжаю телефон.

Это конец паломничества? Оно уже все, того, свершилось?.. Кофе в "Кофеине" - так себе.

Бегу на вокзал, уже совсем темно. Поезд приходит на первый путь. Он, как ни странно, забит полностью. Сажусь и читаю Исигуро... Рядом шумит и весело матерится молодежь.

Так когда же заканчивается паломничество? Когда говоришь слова последней совместной молитвы? Когда возвращаешься домой в поезде? Когда заходишь к себе в квартиру и снимаешь рюкзак с плеча? Или оно не заканчивается, а просто меняет форму?

Я вновь задумался об этом на 61 странице "Погребенного великана" Исигуро. На этой странице, как и на 60 или 59, Аксель и Беатриса (главные герои романа) на еще один шаг продвинулись в поисках сына, о котором они помнят только то, что он есть.
Свидетельства паломников
Исключая усталость и физическое недомогание от солнца и жары, я знала куда я еду и в какую погоду, мне удалось пронести свои интенции, молитвы за сестер, за близких через весь путь паломничества, путь не всегда легкий.
Мне запомнилась и впечатлила Месса, эта камерность, простота и общая молитва. Не могу делать выводы и оценки по паломничеству в целом. Для меня лично, она была определенно полезной и не лишней.
Отдельное спасибо отцу Георгию и всем.

Марта Скугорева
Москва
~
Владимир встретил нас жарко. В буквальном смысле. 30+ - это все-таки не шутки. «Ну ладно, как-нибудь переживу этот день», - подумала я и если бы у меня была шляпа, то надвинула бы ее прямо на нос.
Я честно не знаю, почему внезапно решила поехать в это паломничество. Решение пришло еще в Иркутске, на встрече молодежи. Оно было крайне нерациональное, учитывая, что на работе горели сроки. Но билеты куплены. Назад почти нет пути.
Особой интенции не было, я вообще редко понимаю, зачем я еду на реколекции или в паломничество. Осознание приходит только в самом процессе, но верным знаком, что мне туда надо, является сильное сопротивление - как внутреннее, так и внешнее. Вот и в этот раз оно меня подстегнуло: что-то хочет мне сказать Господь именно во Владимире.
Сначала было много разговоров о храме каменном и о храме живом. Я кивала: ну да, уже обо всем этом думали сбилась-со-счета-сколько-раз, уже знаем. Любопытство внутри разгоралось все сильнее: зачем же я сюда приехала-то? В очередной раз подумать о своем месте в приходе?
А потом пришла она. Простота. У меня с ней крайне плохо. Ученые - это вообще странные люди, которые постоянно носятся по свету и пытаются везде найти проблему. Причем не всегда для того, чтобы ее успешно решить. И здесь, на владимирском лугу, я поняла, что пришла пора мне учиться разговаривать просто. По-умному я уже научилась за 6 лет, а теперь придется учиться в обратную сторону. Я смотрела на Давида и думала, как простота и глубина идут рука об руку. Как любил мне говорить один священник: простые вещи всегда кажутся самыми сложными. Господь не требует от нас чего-то сложно-невозможного, но мы всегда почему-то пытаемся все усложнить. Такой вот постоянный комплекс студента, когда в вопросе учителя пытаешься найти второе, третье дно, хотя на самом деле его и нет. Ты уже знаешь ответ, но думаешь: этого не может быть, это же так просто! Но именно этот простой ответ и является верным. Надо только не бояться его выбрать.

Анна Зуева
Москва
Made on
Tilda